Размер шрифта:
Изображения:
Цвет:
11:17, 01 января 2018

Согрею в ладонях лозу золотую. Как умелец Сергей Потемкин создаёт необычные изделия

Согрею в ладонях лозу золотую. Как умелец Сергей Потемкин создаёт необычные изделияФото: Вадим Москалёв
  • Статья

Корреспондент губкинской городской газеты «Новое время» Ольга Авдеева посетила мастерскую коньшинского мастера.

Коньшинский умелец

Село Коньшино славится народными умельцами, владеющими исконно русскими ремёслами. Не случайно именно там проходит межрайонный фестиваль самодеятельного творчества «Город мастеров», куда с каждым годом приезжает всё больше гостей из разных уголков Белгородчины и других областей. Чтобы показать свои произведения народу, украсить ими праздники и выставки, выезжают в Губкин и другие города области сами рукодельники.

Не раз приходилось наблюдать, с каким интересом рассматривают люди предметы ручной ковки, резьбу по дереву, изделия из лозы, вязаные ковры, насколько искренне интересуются тонкостями работы, истоками создаваемых образов. Так что в гости к замечательному коньшинскому умельцу Сергею Потемкину мы напросились прямо в святая святых его ремесла – мастерскую, разместившуюся в сельском ДК.

Вдохновляет природа

С какой бы стороны ни заезжал в Коньшино, сразу отметишь – открывающиеся окрестности пруда чем‑то тоже похожи на живописную корзину. Сплетённые природой ветки деревьев образуют затейливый рисунок, через который то солнце сыплет лучами с противоположного берега, то просвечивает водная гладь. Весной и летом краски сочные, яркие от поросли зелёного ивняка и ракитника, а зимой их заиндевелое кружево словно обрамляет замёрзшее и заснеженное блюдо, поставленное в центр живописного лукошка.

Не удивительно, что в этих местах испокон веков с лозой люди управлялись не хуже, чем с пряжей или ткацкой нитью. Плели из прутьев и большие хозяйственные корзины, в которые урожай собирали, сено скотине раздавали, наседок на яйца сажали, и ладненькие корзиночки для поездки в город на ярмарку, в поход по ягоды. Да что и говорить, не случайно ведь люди называли это не занятием или ремеслом, а промыслом. Кроме украшения быта, изделия из лозы помогали им добыть лишнюю копейку на жизнь.

Мастерство – по наследству

Именно так считает и Сергей Потемкина, говоря об истоках своего ремесла:

— В моём роду умели плести и дед, Василий Павлович, и отец, Владимир Васильевич. За эту работу они брались, как только завершали дела в поле и огороде. Так что я сызмальства их навык перенял. Начинал как все – с простых корзин, не ошкуренных, не обработанных, а потом потянуло фантазировать, создавать что‑нибудь особенное.

Теперь можно с уверенностью утверждать: все работы Потемкина – особенные. Это и ажурные блюда, в которых на стол можно подать фрукты, румяные пироги, и абажуры для ночников, и кресла-качалки, журнальные столики. Причём любое изделие выполнено настолько душевно и мастерски, что только бери и ставь в доме для создания тёплой и уютной атмосферы.

Колыбель для будущих внуков

Но одна вещица из увиденного в мастерской умельца впечатлила особенно – колыбель для малыша. В ней нашли образное воплощение и патриархальность времён детства наших бабушек, и современные представления об экологичности предметов. Но это не плетёная из лозы люлька, которую в древности крепили к потолку, а вполне функциональная детская кроватка для грудничка. Ее можно установить как стационарно на специальной подставке, так и использовать в переносном варианте. А главное – за счёт ажурного плетения вся она «дышит», так что малышу никогда не будет жарко, а уж придумать чехол для утепления на случай прохладной погоды или ветерка не составит труда для любой мамы.

Это изделие Сергей Владимирович выполнил, как говорится, не на выхвал, чтобы изумить люд. В его доме государственных кроваток для малышей отродясь не было: что‑то осталось в семье по наследству, но большинство сделал сам. Так вырастили с женой Светланой, старшего Дмитрия, которому уже 22 года, потом – Анну, ей 15. Но больше всего плетёных папиных затей досталось пятилетнему Павлику, которому довелось поиграть даже с пушкой из лозы, которую Потемкин придумал в качестве подставки для шампанского.

Кстати, все трое детей Сергея Владимировича умеют плести из лозы, но больше всех интерес к ремеслу проявляет Павлик. Как‑то поехав вместе с отцом на День города, он охотно и обаятельно демонстрировал другим мальчишкам свои навыки.

«Заваривают» прутья подмастерья

— Я стараюсь, чтобы мои вещицы были функциональными. Сами знаете, что чувствуешь, когда берёшься рукой, например, за пластик. А дерево, лоза – другое дело, от них идет тепло. Вот я и стараюсь создавать как можно больше красивых вещей для быта. Поэтому своих учеников, с которыми занимаюсь в кружке при Коньшинском ДК, я сначала учу плести из неошкуренных прутьев, чтобы они чувствовали природу материала. Вместе заготавливаем ивовые веточки, осваиваем начальную технику плетения на простых корзинах. А потом я учу ребятишек «заваривать» прутья, ошкуривать, чтобы делать изделия уже более долговечными, – делится мастер.

— А кроватку эту продадите, если купец найдется? – поинтересовалась я у него, внутренне сожалея, что мой внучок перерос такой подарок. Иначе бы выпросила для него.

Улыбнувшись, Сергей Потемкин ответил:

— Честно сказать, большинство моих работ гостюет на выставках. Не поверите, но дома у меня мало что из сплетённого найдется. Но если дело станет за внуком, то не сомневайтесь – сделаю еще не одну такую кроватку.

Какой мастер без секрета

Ракита, верба, ветла, лозина, краснотал, шелюга – в разной местности эти деревья называют по‑своему, а суть одна – ивняк по берегам рек и ручьев или по оврагам, где бьют родники. Но только мастер, в руках которого побывали тысячи этих прутиков, может сказать, какой из них подойдет для волшебства. А ведь иначе и не скажешь, если поначалу сырые и шершавые неприглядные веточки со временем превращаются в сказочных лебедей, диковинные вазы или изящную домашнюю мебель.

— Хоть лозы вокруг много, но не весь материал хорош в работе. Заготавливать можно с осени, когда побеги уже перестали расти, и до самого сокодвижения весной. Второе правило – не жадничать, срезая под корень. Надо делать срез наискосок, оставляя отрезок над землей в 10 см с тремя-четырьмя почками. Тогда на прежнем месте пойдут молодые побеги, и в следующий раз будет новый материал. Особый и очень важный этап – варка лозы и ошкуривание. Это дает возможность получить гибкие и крепкие прутики для качественного плетения. Ведь ценится то изделие, в котором меньше просветов, – поясняет мой собеседник.

— Это всё – технология, а как выбираете лозу именно вы: какое из деревьев «бракуете», а какому отдаёте предпочтение? – допытываюсь у мастера. И он шутливо парирует:

— Прям все секреты хотите выпытать! Знали бы вы, сколько я выходил по непролазным топям, сколько перепробовал прутьев в работе, прежде чем сделал выбор для себя. Скажу одно – верба для плетения не идет, так как рыхлая, ива плакучая – тоже. Но поймите, лозоплетельщик любому пруту свое применение найдет: что‑то для крестовины использует, а что‑то на ленту распустит.

Пусть ваши корзины будут полными!

В народе говорят: корзина – не ведро, пустой не бывает. На первый взгляд, непонятно. Но именно в Коньшино объяснили мне, что встретить человека с пустой корзиной – совсем не одно и то же, что с пустым ведром. У железа, мол, один звон, а тут – живое.

Как говорится, не поспоришь. Именно поэтому мы и попросили мастера Сергея Потемкина выйти на порог ДК с плетёными корзинами на плечах, чтобы сделать фотографию. Это чтобы в будущем году у вас, дорогие наши читатели, в дому добра прибыло.

comments powered by HyperComments
Ваш браузер устарел!

Обновите ваш браузер для правильного отображения этого сайта. Обновить мой браузер

×